информационная безопасность
без паники и всерьез
 подробно о проекте
Rambler's Top100За кого нас держат?Портрет посетителяSpanning Tree Protocol: недокументированное применение
BugTraq.Ru
Русский BugTraq
 Анализ криптографических сетевых... 
 Модель надежности двухузлового... 
 Специальные марковские модели надежности... 
 И ещё раз об интернет-голосовании 
 Типовые уязвимости в драйверах... 
 Logitech готовится закрыть очередную... 
главная обзор RSN блог библиотека закон бред форум dnet о проекте
bugtraq.ru / библиотека / беллетристика
БИБЛИОТЕКА
вход в библиотеку
книги
безопасность
программирование
криптография
internals
www
телефония
underground
беллетристика
разное
обзор: избранное
конкурс
рейтинг статей
обсуждение




Подписка:
BuqTraq: Обзор
RSN
БСК
Закон есть закон



The Bat!

Око за око
Moe
Опубликовано: dl, 24.06.05 01:43

Когда-нибудь, впоследствии, потом,
но даже в буквари поместят строчку,
что сделанное скопом и гуртом
расхлебывает каждый в одиночку.

Игорь Губерман.

Директор филиала

В свои 50 Николай Петрович был в хорошей форме. Природные данные, изначально не плохие, были улучшены хорошим стилистом. Периодический массаж и посещения бассейна помогали поддерживать тонус. Легкая седина в волосах, короткая аккуратная стрижка, всегда свежая рубашка, отличный костюм и дорогая обувь производили на женщин и богатых клиентов благотворное впечатление. Слегка терпкий аромат одеколона "для настоящих мужчин" завершал облик преуспевающего джентльмена.

Многолетний опыт руководства сделал взгляд волевым, но немного усталым. Подчиненные, когда он снисходил до того, чтобы посмотреть на них, начинали говорить быстрее, стараясь одновременно занять как можно меньше места в его роскошном кабинете.

Вспышки праведного гнева, возникавшие от плохого настроения или просто "для профилактики", случались с ним не часто, но приносили неплохой результат в виде повышения производительности у "офисных крыс", как он их называл.

Жена ушла полгода назад, забрав себе квартиру и вытребовав солидную сумму денег. "Я не могу жить с эгоистом, который совершенно не ценит во мне женщину". Куча драгоценностей и процветающий косметический салон, который он подарил ей на последний день рождения, она видимо считала не вниманием с его стороны, а платой за то, что она его терпит. Да и жалеть собственно было не о чем.

Любови хватило только на первые несколько лет, а потом все стало привычкой с рутинными супружескими обязанностями и тайными краткосрочными романами на стороне у обоих. Дети уже выросли и разъехались, общими были только быт, даже друзей общих не осталось, поэтому расстались легко и без сожаления. Сегодня он ночевал у очередной пассии. Новую квартиру себе он купил еще до развода, но ночевал там редко, так и не найдя времени, что бы привести ее в порядок.

Когда он зашел в офис, уже в маске озабоченного глобальными проблемами начальника, было около 10. Кто-то из сотрудников тут же схватился за телефон, имитируя очень важный разговор, другому тут же понадобилось с какими-то бумажками бежать через весь офис. "Идиоты", - подумал он, прекрасно зная, что как только он пройдет в свой кабинет, вся суета прекратится и они займутся своими обычными делами типа болтание в аське и обсуждением последних новостей за чашечкой кофе.

Выскочившим ему навстречу начальникам отдела безопасности и отдела снабжения он коротко кивнул и прошел к себе.

- Кофе и ни с кем не соединять, - кинул он секретарше Леночке, которая вскочила навстречу. Пока он снимал пальто, на столе уже появилась чашка с дымящимся кофе и с парой круассанов на блюдце из дымчатого стекла. Работать не хотелось. Совещание с начальниками служб было назначено на 11, а пока он хотел просто попить кофе и сыграть пару раз в Lines. Но стоило ему сесть в свое роскошное кожаное кресло, как экран монитора, на котором крутился хранитель экрана с эмблемой фирмы, посветлел и замигал огонек вызова на видео конференцию. Увидев имя вызывающего, Николай Петрович за две секунды приосанился, поправил волосы и галстук и нажал кнопку "Connect". Он уже не был начальником, лицо стало сосредоточенным, подобострастным, как и подобает, когда тебя вызывает сам шеф.
- Я разочарован и расстроен, - голос шефа был бесцветен и не выражал никаких эмоций, - ты обманул меня, хотя я тебе верил как родному. Я дал тебе власть и деньги, но тебе это показалось мало и ты решил еще и обокрасть меня.

Шеф подал знак рукой кому-то и под его изображением побежали строчки с цифрами, в которых Николай Петрович с ужасом узнал номера своих счетов, на которые он помещал уведенные из фирмы деньги. Финансовые операции всегда были чистыми, и знал об этих счетах только он, даже бухгалтер, без которого это нельзя было провернуть, был посвящен только в часть комбинаций и не знал всей картины. "Кто сдал? Узнаю - убью!" - промелькнуло в его голове, пока он судорожно пытался сообразить, что ответить шефу.

- Мне не нужны твои оправдания, - продолжил шеф, - меня это уже не интересует. О деньгах я уже позаботился. А ты ... Ты уволен! Совсем!

Николай Петрович дернулся от резкого удара в затылок. Пуля, сделав аккуратную дырочку в оконном стекле за его спиной, пробила голову насквозь и застряла где-то в стене.

Шеф поморщился, протянул руку, и окно видеосвязи закрылось. Забрызганный кровью и мозгами экран монитора еще минуту светился, потом стал черным, но вместо эмблемы фирмы на нем закружился череп с костями и засветилась надпись "Око за око". Потом сработала программа уничтожения данных и компьютер тоже умер.

Главный бухгалтер

Наталья Ивановна сидела за столом в углу комнаты и с раздражением смотрела через стеклянную перегородку на свой отдел. Молодые бухгалтерши менялись часто и каждая новая не представляла из себя ничего особенного, но уже на второй неделе работы начинали гнуть пальцы и видеть себя на ее месте. Девочки периодически грациозно дефилировали по конторе, демонстрируя свои довольно откровенные наряды, сидя на рабочем месте аккуратно, чтобы не сломать ногти, что-то печатали на клавиатуре, но когда дело доходило до конкретной работы каждую вторую приходилось проверять и исправлять ей. "Где бы еще такую, взять как я", - сокрушенно думала Наталья Ивановна, - "тогда остальных можно просто выгнать. Но нет больше таких. А если есть, такую цену заломит...".

В душе она все еще была Наташей, но девочкой ее мог назвать только ее муж, да и то только после принятия обычной дозы на грудь. Годы сидячей работы сделали свое дело, даже ручки у кресла пришлось открутить, так как она иначе просто не помещалась. Это была еще одна причина неприязни ко всем этим девочкам.

В принципе, работать ей тут нравилось. Фирма по документам и отчетам еле-еле сводила концы с концами, но подарки и "скромные сувениры", которые на все праздники и дни рождения получали "правильные" люди в налоговой, в банке, в милиции и т.д., делали свое дело и положением фирмы никто особенно не заморачивался. О проверках было известно заранее, как и о пристрастиях проверяющих, так что в результате все были довольны и фирма символически платила небольшие штрафы за мелкие нарушения, "обнаруженные" проверяющими. Работяги по бумагам получали одну-две минималки, но никто не возмущался и получали на руки по 200-300 баксов черным налом, совершенно не задумываясь о будущем.

Конечно, была и черная бухгалтерия, которой занимались самые проверенные девочки. Согласно ей фирма процветала и именно эти данные поступали наверх. Бывший сисадмин что-то долго делал с компьютером Наталья Ивановна и после этого при нажатии определенной комбинации клавиш и ввода пароля стал появляться новый диск, где вся черная бухгалтерия и хранилась. Нажал кнопки снова или просто выключил компьютер и диск исчезал без следа.

Но была еще и серая бухгалтерия, о существовании которой знала только она и начальник. Изредка удавалось провернуть операции, доход от которых шел только им, большая часть отходила начальнику, но она понимала правила игры и молчала.

Утро началось как обычно, но настроение испортила одна из девочек. "Так, Машку пора увольнять, борзеть начинает, начиталась журналов и меня начала учить, что и как делать". Додумать она не успела. Раздался шум, дверь распахнулась, и в комнату ворвались мужики в камуфляже и в масках с автоматами в руках. "Бандиты или налоговая? Почему охрана не предупредила", - только и успела подумать Наталья Ивановна, одновременно нажимая заветные кнопки, как ее грубо выволокли из ее закутка и придавили к стене рядом с остальными.

- Кто главный бухгалтер? - обратился ко всем молодой человек в костюме, - Совместная проверка налоговой и ОБЭП. Пройдемте в ваш кабинет.

Вслед за ним зашел еще один мужчина в костюме и без маски и пара напуганных женщин, видимо понятые. Молодой человек что-то посмотрел в своих бумажках и нажал на клавиатуре ту самую комбинацию клавиш и уверенно ввел пароль. Удовлетворенно хмыкнул, немного покопался в 1С, изредка посматривая в какие-то свои распечатки, потом встал и подошел к сейфу в углу. Старый обшарпанный сейф был открыт и из замка торчали ключи. Но молодой человек прошел мимо и с усилием нажал на одну из панелей, которыми были обшиты стены. Панель открылась и за ней оказался еще один сейф. Сверяясь с бумажкой, мужчина ввел код и дверь сейфа легко открылась, показывая всем присутствующим два отделения, одно забитое пачками денег, другое - документами. Наталье Ивановне захотелось завыть. Экран ее компьютера внезапно почернел и через секунду на нем появился нарисованный человечек, который жалостливыми глазами смотрел на происходящее из-за тюремной решетки. Наталья Ивановна не выдержала и зарыдала во весь голос и уже не видела, как под человечком загорелась надпись "Око за око".

Начальник службы безопасности

Степаныч по жизни был халявщиком. Еще в детстве, насмотревшись, как гробит здоровье отец слесарем на заводе и мать уборщицей в школе, он дал себе слово никогда в жизни не работать. Так как талантов, кроме умения много болтать, по большому счету не было, а здоровьем бог не обидел, он после школы, погуляв лето, загремел в армию. Быстро смекнув, что к чему, он подал заявление в школу прапорщиков, после которой отслужил в этой же части десять лет по контракту. Должность начальника продуктового склада стала воплощением мечты всей жизни, и он бы с радостью до старости проходил в прапорщиках, если бы банально не проворовался. Судить его, конечно, не стали, кому нужно пятно на части, но заставили все возместить и немедленно сплавили его на гражданку, благо срок контракта подошел к концу. Погуляв полгода, он, с помощью друзей, сделал себе лицензию охранника и, поменяв с десяток мест от магазина до автостоянки, наконец-то попал на работу в одну солидную контору. Общительного охранника с большим опытом работы, да еще и бывшего военного, заметили и в скорости сделали начальником отдела безопасности. Непыльная работа, хорошая зарплата и даже отдельный кабинет с компьютером наводили Степаныча на мысль, что он любимец судьбы.

С утра, как обычно, он обошел вверенную территорию, наорал на ночного охранника за пивную бутылку, найденную за шкафом, потрепался «за жизнь» с начальником отдела снабжения в курилке и пошел к себе в кабинет. Вошедшего директора он увидел первым, успел сделать озабоченное лицо, делая вид, что у него много проблем, и как бы «рассеяно» поздоровался, но директор на него даже не взглянул, только буркнул что-то неразборчивое в ответ и прошел к себе. «Ну и ладно»,- подумал Степаныч, - «главное, что он меня видел, и я был при деле. А теперь пора по кофейку врезать». На своем компьютере он мог посмотреть картинку с любой из камер, натыканных по всему офису, чем периодически и занимался. Быстро просмотрев разные помещения и не найдя никакого криминала он переключился на приемную директора. Секретарь Леночка ему нравилась, и она не знала (или делала вид, что не знает) о камере и иногда можно было увидеть много интересного.

Отхлебнув кофе, Степаныч запустил Аську. Но вместо того, чтобы развернуться сбоку экрана, она заругалась на неправильный пароль. «Может чо сломалось?» - на большее у него не хватило воображения, и он закрыл окно от греха подальше - «Ладно, потом еще попробую». Попытался зайти на любимый форум, но его туда не пустили, сообщив о каком-то пожизненном бане, в другой – тоже, в третий – та же история. Он попытался зарегистрироваться снова, но что только не вводил – его посылали подальше, все время выводя на экран его обычный ник Prapor и напоминание про бан. Ему стало не по себе, это уж не могло быть ошибкой, происходило что-то неправильное. Он уже поднялся, что бы сходить к программистам, когда заметил на экране, как странно забегала Леночка. Она вскочила, уронив стул, и побежала в кабинет к начальнику. Распахнув дверь, она несколько секунд стояла на пороге, зажав рот рукой и как бы боясь войти в комнату, потом неуклюже повернулась, нашла глазами камеру и, глядя прямо в нее, стала тыкать другой рукой в открытую дверь кабинета. Через минуту Степаныч, оттолкнув Леночку от дверей, вбежал в кабинет и увидел мертвого директора.

Дальше все происходило как в тумане. Только он вызвал милицию и положил трубку, как в кабинет ворвались люди в масках с автоматами и положили их на пол.

-Это не я его, - пытался сказать Степаныч, но пролежать с заломаными назад руками в наручниках пришлось почти целый час. Потом приехали из убойного отдела, долго о чем-то препирались с ОБЭПовцами, допрашивали его, Леночку и всех остальных, смотрели записи с камер и в конце концов уехали, забрав тело. Думать Степаныч уже не мог, только тупо сидел в курилке и смолил сигареты одну за другой. Несколько раз в курилку заходил замдиректора, тихонько матерясь, стрелял у него сигарету, затягивался пару раз и уходил.

Уже ближе к вечеру зам заглянул в последний раз.

- Слышь, Степаныч, все ушли, давай, проверь все и тоже иди домой, а завтра приходи пораньше, менты опять приедут, снова будут допрашивать.

Степаныч на автомате прошелся по помещениям. Кабинет начальника был опечатан, компьютеров не было, видимо ОБЭП забрал все, везде валялись какие-то бумажки. Уже на выходе он что-то хотел сказать охраннику, но только махнул рукой и вышел на улицу. Зайдя за угол, он налетел на какого-то парнишку с пингвином на майке.

- О, Prapor, это ты что ли? – парень вопросительно смотрел на него снизу вверх.
- Ну я, а тебе чего? – Степаныч даже не среагировал на то, что паренек назвал его ник из форумов.
- Да так, ни чего, - парень ухмыльнулся и, взглянув куда-то ему за спину, кивнул головой.

Через секунду удар бейсбольной биты сбил его на землю и он потерял сознание. Когда он пришел в себя, рядом никого не было. Все тело болело, обе руки похоже были сломаны. Он с трудом встал и тяжело побрел, почти теряя сознание от боли, обратно на работу. Охранник, увидев его через камеру наружного наблюдения, помог зайти внутрь и вызвал скорую.

Начальник отдела кадров

«Черт, как все неудачно сложилось», - думал Виктор Сергеевич, когда начался весь этот кошмар в офисе, - «все планы коту под хвост». Сегодня должны были прийти важные клиенты за «товаром». Виктор Сергеевич немного подхалтуривал, подбирая персонал на заказ. Народу устраиваться на работу в контору приходило много, гораздо больше, чем требовалось и многих он «сбывал» налево, в другие фирмы. Схема была отработана давно - заказчику представлялось досье человек на десять, реальными из которых были только двое-трое, остальных добавлял для солидности, но он выставлял им такие низкие оценки, что у клиентов даже не возникало желания с ними разговаривать. Нормальный бухгалтер или юрист уходили баксов за 300, хороший специалист уже за 500. Нанимая на работу сотрудников, он говорил, что первые три месяца, якобы испытательный срок, человек будет получать только 50 процентов от будущей реальной зарплаты, а главбух все это время начисляла полную зарплату и разницу они делили между собой.

Деньги Виктору Сергеевичу нужны были всегда. Он очень любил свою жену, даже настоял, чтобы она бросила работу и целиком занялась собой и домом. Но жене было скучно дома, и она ходила в тренажерный зал, в косметические салоны, в кафе с подружками и обожала хорошие магазины. Это стоило все довольно дорого и ему приходилось крутиться и зарабатывать деньги на каждом, кто попадал к нему в руки. Исключение он делал только для многочисленных родственников, которые из-за своей природной тупости, как он считал, постоянно теряли работу.

Смерть директора его нисколько не расстроила, ну какая разница, в конце концов, ни один так другой. А вот арест главного бухгалтера его взволновал. Но потом, немного подумав, он решил, что сдавать его она не будет, зачем ей на себя брать лишнее. Поэтому он позвонил клиентам, перенес встречу на пару дней, сославшись на форс-мажор, и весь день уже с удовольствием наблюдал весь этот спектакль, даже сходил на допрос, с интересом разглядывая настоящих ментов и сравнивая их с киношными. Настоящие проигрывали по всем статьям - были какими-то серыми и усталыми.

Когда все закончилось, и замдиректора отпустил всех по домам, Виктор Сергеевич быстро собрался, и один из первый отъехал от офиса на своей сверкающей Тойоте. Он уже мечтал, как они с женой сядут за столом в гостиной и за чашечкой чая он расскажет ей во всех подробностях события сегодняшнего дня. Супруга будет сидеть рядом, иногда охать и переспрашивать, упиваясь подробностями.

На звонок долго не открывали и он начал волноваться. Но когда он уже занес руку, чтобы начать стучать в дверь, она распахнулась. Лицо жены было злым и красным. В руках у нее была сумка, которая тут же полетела в него.

- Убирайся, я не хочу тебя больше видеть, - сквозь слезы крикнула жена, - я подаю на развод.

Было видно, что у нее истерика и Виктор Сергеевич только открыл рот, что бы спросить что случилось, но дверь уже захлопнулась перед его носом. Через пару секунд она снова открылась, ему в лицо полетела пачка фотографий, и тут же дверь снова захлопнулась. Рыдания жены стали слышны тише, видимо она ушла в спальню. Он еще немного постоял, прижимая к груди сумку и пытаясь переварить произошедшее. Потом поставил сумку и начал собирать фотографии с пола. На каждой был он. В офисе. В расстегнутой рубашке, в ослабленном галстуке или вообще без него, с обмякшим лицом выпившего человека. Судя по датам в углу фотографий, это были корпоративные вечеринки на новый год, 8 марта и на юбилей фирмы. Но кроме него на каждом снимке были еще и женщины, в основном совсем голые, и их откровенные позы и недвусмысленные жесты в его сторону не оставляли ни каких сомнений в их намерениях. Снимков было не много, около десятка, но все довольно хорошего качества, и даже у него на секунду закралось сомнение. «Черт, может, и вправду такое было? Да нет, не было ничего».

- Дорогая, это все не правда, - Виктор Сергеевич начал тарабанить в дверь, - открой, пожалуйста, я все объясню.

Но ему никто не открыл. Он еще с полчаса стучал в дверь, кричал какие-то слова, давил на звонок до боли в пальцах, звонил жене на сотовый. Но потом смирился, взял сумку с вещами и вышел на улицу. Несколько минут он еще простоял, с надеждой вглядывался в темные окна своей квартиры, потом развернулся и бесцельно побрел по улице.

Начальник компьютерного отдела

«Господи, какой счастливый день, сначала шеф, теперь главбух, потом еще что-нибудь нароют и снова головы полетят. Но на меня-то ничего не найдут, тут можно не волноваться. Ведь как знал, ни в одну аферу не влез. Директором мне, конечно, не стать, им станет зам, а вот на его место …», - Александр Сергеевич даже зажмурился от удовольствия, неожиданные перспективы карьерного роста кружили голову, - «Зря я что ли зама и начальника отдела кадров на шашлыки на свою дачу возил, баньку с пивком организовывал. Все делал, что бы своим считали. А на должность главбуха можно Машку продвинуть. Не сейчас конечно, могут неправильно понять, где-нибудь через недельку снова баньку организую и заму намекну, а потом и ей самой вскользь скажу, типа, хлопочу тут за тебя. Она девка сообразительная, глядишь, что и закрутится. Главное все делать осторожно и не проколоться». Александр Сергеевич с трудом сдерживал радостную улыбку, когда уже совсем было невмоготу – прятал лицо в ладони.

В 12 часов телефон, молчащий все утро, неожиданно зазвонил.

- Добрый день, могу я поговорить с Александром? – осведомился странно томный мужской голос.
- Это я, слушаю Вас.
- Здравствуй, сладенький! Не надо на «Вы», зови меня просто – «котеночек».
- Э… я Вас не совсем понимаю.
- Ой, конспиратор, я знаю, что ты на работе и кругом люди, говори, как хочешь, противный, я тебя пойму.
- Вы видимо не туда попали, уважаемый, - сказал Александр Сергеевич и положил аккуратно трубку. «Бывают же такие люди», - звонок не испортил ему настроение, хотя немного и озадачил, - «И этого, которому он звонил, тоже Саша зовут».

Через минуту телефон зазвонил снова. Александр Сергеевич осторожно снял трубку.

- Алло.
- Александр? – у звонившего мужчины был самый обыкновенный голос.
- Да, это я, здравствуйте.
- Здравствуйте, меня зовут Игорь. Мы не знакомы, но мы могли бы встретиться?
- Ну, да, конечно. Приезжайте в офис, тут и поговорим. Только объясните, по какому вопросу, что бы я успел подготовить все необходимые материалы.
- О нет, только не в офис. Давайте часиков в шесть в каком-нибудь уютном кафе. Там нам никто не помешает. И готовить ничего не надо, я, как и Вы, - голос мужчины приобрел интимное выражение, - обожаю спонтанный секс.
- Эй, да за кого Вы меня принимаете?
- Ну, Вы же сами так написали! «Молодой, симпатичный, люблю нежных мужчин и обожаю спонтанный секс». Что-то не так?
- Где я написал? – голос Александра Сергеевича внезапно охрип.
- На нашем гей-сайте. И телефоны указали, время, когда звонить и адрес свой …
- Уберите это немедленно!!!

Александр Сергеевич как будто сдулся, ватной рукой он опустил трубку на телефон и зажал руками лицо. Телефон звонил непрерывно. Изредка из соседних отделов выходили люди и звали его к своим телефонам, при этом с трудом сохраняя спокойное выражение лица.

- Ты чего трубку не берешь?- замдиректора подошел к его столу – Соберись Саша, проблемы проблемами, но клиентов мы терять не должны.

В этот момент телефон зазвонил снова. Зам взял трубку.

- Алло, слушая Вас. Да, меня зовут Александр, Александр Васильевич. Да. Что? Да как Вы … Не понял? Куда? – он отстранил трубку и удивленно посмотрел на нее, потом протянул Александру Сергеевичу. – Кажется это Вас, – он сделал несколько шагов в сторону своего кабинета и, как бы вспомнив что-то, повернулся, - Да, вот еще, Александр Сергеевич, тут такое дело, с завтрашнего дня можете на работу не выходить.

За пару месяцев до описываемых событий

Вера Петровна часто болела - сердце. Врачи говорили «А что Вы хотите? Возраст. Экология. Стрессы» и прописывали очередные таблетки, с каждым разом все дороже и дороже. На работе на ее периодическое отсутствие смотрели сквозь пальцы, но она не злоупотребляла, не выходила только когда совсем прижмет, тем более что больничный никто не оплачивал. Обычно она отлеживалась дня три, а потом, когда выходила, работала допоздна, наверстывая упущенное. Но однажды, когда после очередного приступа, на этот раз почти двухнедельного, она вышла на работу, на ее месте уже сидела какая-то девочка. Начальник компьютерного отдела, в котором она работала, только раздраженно буркнул:

- Что Вы ко мне-то пристаете, это было решение руководства, что я могу сделать. Идите в отдел кадров, распишитесь в приказе и заберите документы.

Когда она вышла от начальника, подруга утащила ее в курилку и рассказала, что новая девочка – родственница начальника отдела кадров, и она сама слышала, как тот приходил к их начальнику и просил «пристроить девочку». Девочка была тупа как пробка и работу за нее тянули все остальные.

- Вера Петровна, уверяю Вас - все законно. – Виктор Сергеевич был сама любезность, - Вы, когда устраивались, написали заявление об увольнение и Вас предупреждали, что в случае чего церемониться не будем, впишем нужную дату и все.
- Но просто по-человечески Вы могли меня предупредить заранее. Я бы хоть работу начала искать. Хотя, кому я нужна в 50 лет. Может у Вас какая-нибудь вакансия есть на примете?
- Ничего сейчас нет и, скорее всего, не будет. Если у Вас все, то идите к кадровику за документами. А мне надо работать.

Еле сдерживая слезы, Вера Петровна забрала документы, расписалась в приказе и пошла в бухгалтерию. Натальи Ивановны не было на месте, она пила чай с подругой и ждать ее пришлось почти целый час.

- Где же вы, милочка, ходите? Уволились две недели назад и не показываетесь, а мне отчеты надо сдавать. Вот, распишитесь тут и тут, - главбух подсунула какие-то бумажки.
- Вот Ваш расчет, - сказала она и протянула Вере Петровне 1000 рублей.
- Что это? – опешила Вера Петровна, - я же 8 тысяч получала, да и в отпуск два года не ходила. Почему так мало?
- Если у Вас есть претензии – обращайтесь в суд. Мало ли, сколько Вы там получали. Отпускные и расчет Вам начислен, исходя из Вашего официального оклада, у нас тут не богадельня, мы не намерены тратить деньги на сотрудников, которые у нас уже не работают. - Вера Петровна кривила душой, расчет она посчитала правильно, подпись за Веру Петровну в нужной ведомости поставила, а на эти деньги собиралась устроить в пятницу небольшой праздник по поводу своего дня рождения.

Поняв, что здесь ей ничего не добиться Вера Петровна решила зайти к директору, терять ей уже было нечего, а в случае удачи можно было выцарапать еще немного денег. Леночки на месте не было, и она постучала в кабинет директора и немного выждав, толкнула дверь. Пробыла она там всего две минуты, потом в кабинет ворвался Степаныч и вытолкал рыдающую женщину в приемную. В приемной он крепко взял ее за локоть и потащил, стараясь не привлекать внимание сотрудников, к выходу.

Вера Петровна не помнила, как она дошла до остановки автобуса и села на лавочку. Ее трясло, болело все тело и резко закололо сердце. Пальцы не слушались, она попыталась достать таблетку валидола, но таблетки рассыпались прямо под ноги. Она с тоской смотрела на них, понимая, что это все.

Когда через час к ней подошел милицейский патруль, Вера Петровна уже была мертва.

Месть

Когда позвонили из милиции и сообщили о смерти мамы, чувство реальности отключилось. Все происходящее проходило мимо сознания, какие-то люди что-то говорили, подсовывали какие-то бумаги, которые надо было подписать, приходили друзья, с сочувствием смотрели в глаза и неуклюже пытались помочь. Родственники, не показывающиеся раньше годами, вдруг оказались рядом, разом облачившись во все черное. Угнетающая суета длилась до самых похорон, а после как-то враз все закончилось. Ушли все, только мамина подруга с работы осталась помочь убрать после поминок. Она, не останавливаясь, что-то делала, не умолкая ни на секунду, и когда смысл ее слов, наконец, дошел до сознания, показалось, что произошел взрыв. Душа кричала, требуя немедленной расправы, но разум требовал подтверждения.

Когда ушла мамина подружка и дрожь в руках уже прошла, наступила пора действовать. Когда-то давно мама пыталась, по заданию начальника, написала фирменный хранитель экрана, у нее что-то не получалось и она попросила помочь. Они тогда в институте проходили написание клиент-серверных приложений и мысль прицепить к хранителю дополнительные функции пришла сама собой. Маме понравилось, не вставая со своего места, она могла настраивать удаленный компьютер и запускать любую программу. И сам хранитель экрана получился на загляденье, при желании в нем дистанционно можно было менять картинку и текст.

Сканирование сетки конторы показало, что хранитель установлен на большинстве компьютеров. Еще несколько дней занял сбор предварительной информации, написание перехватчика клавиатуры, который бы не ловил антивирус, чтобы собрать пароли. Чтение переписки сотрудников по аське и по e-mail, они не решались обсуждать все, что было, вслух, выявило новые подробности, и картина происшедшего сложилась полностью. Попутно вылезли интересные моменты жизни конторы и уязвимые места причастных. Около месяца ушло на распутывание дел начальника и главбуха, определение точек удара, подготовка фотографий.

Накануне знаменательного дня шефу была слита вся нужная информация о махинациях и счетах директора, в ОБЭП и налоговую попали данные черной бухгалтерии и необходимые коды и пароли. Еще всем было сообщено, что главбух и директор работают завтра последний день и у них по фальшивым документам куплены авиабилеты за границу в один конец. Через фирму доставки были отправлены фотографии жене начальнику отдела кадров с условием доставки в определенное время. Вечером на гей-сайт было закинуто объявление с полными данными начальника компьютерного отдела. От имени начальника службы безопасности в форумах и через Аську были инициированы жуткие наезды на всех с последующим предложением перенести разборки в реал. В данные пользователя заранее были внесены все нужные данные и даже помещена фотография, потом пароли были изменены.

Когда все началось, оставалось только наблюдать через камеры внутреннего наблюдения за всем спектаклем и вовремя менять картинки и надписи, что доставляло особое удовольствие.

На следующий день могила мамы была украшена белыми розами, которые она очень любила при жизни. «Вот и все, мама, спи спокойно». У входа на кладбище стояло такси, которое должно было увести в аэропорт, билет до Парижа лежал во внутреннем кармане куртки вместе с данными об одном из счетов директора, об этом счете не знал никто.

- Я обязательно к тебе еще приеду. - Леночка не была злой и мстительной, она просто очень любила маму.


(c) Moe, moe@land.ru
(c) "Gameland"

обсудить  |  все отзывы (8)  

[12356; 24; 7.66]




Rambler's Top100
Рейтинг@Mail.ru





  Copyright © 2001-2019 Dmitry Leonov   Page build time: 1 s   Design: Vadim Derkach